Перейти к публикации
Натали

Будни старшеклассников

Рекомендованные сообщения

Долли

Мой тоже патриот своей школы. Его первые слова, на мое предложение перейти были : "А как же Ольга Александровна здесь без меня останется?" И класс у них очень дружный, и классная хорошая, да и вообще школа мне нравится. Но голова у него в математике шарит, хочется попробовать развить это.

обязательно надо попробовать развить!)) чтоб потом как я не жалеть, что из-за страха смены коллектива, которой и сам-то по себе дружный не был, не стала переводится в другую школу, где был более близкий мне гуманитарный уклон

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах


namejsis

А у нас тоже разрешили однотонные джинсы. :)

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Натали

Мой тоже патриот своей школы. Его первые слова, на мое предложение перейти были : "А как же Ольга Александровна здесь без меня останется?" И класс у них очень дружный, и классная хорошая, да и вообще школа мне нравится. Но голова у него в математике шарит, хочется попробовать развить это.

обязательно надо попробовать развить!)) чтоб потом как я не жалеть, что из-за страха смены коллектива, которой и сам-то по себе дружный не был, не стала переводится в другую школу, где был более близкий мне гуманитарный уклон

Мне вот очень хочется понять, что нужно сделать со стороны родителей , чтобы классный коллектив был дружный? Или это в большей мере заслуга учителя? Для нашего класса это актуально, хоть мы еще и не старшеклассники.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Евдокия Ардалионовна

Толстый Лори, а насколько слабы были дети, котрые ушли в технический лицей из класса вашей дочки? Просто Вы меня озадачили: я сама там училась, у нас очень-очень сильный был коллектив. Да, было мало-мало посредственных детей, но честь и хвала их родителями, которые всеми силами старались дать своим чадам продвинутое физ-мат образование...

 

А у кого-нибудь дети вчера начали учебу? Как впечатление: у меня только самые наилучшие: преподаватели - сильнейшие, просто супер мастера своего дела. Да и ребята тоже были вчера - ну вроде все с явной "печатью на лице"...И поступить в сам лицей можно в 3 потока: с курсами, весной и перед сентябрем. Может появилось место, вот ваш двоечник из школы оказался самым достойным...

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Толстый Лори

Про двоечников я ничего не говорила. :ph34r: И вообще я не берусь судить о способностях и слабостях чужих детей, возможно, это скрытые гении математики, просто не признанные в своей школе, но признанные в тех. лицее. Просто констатирую факт, что вовсе не обязательно быть отличником по математике-физике, чтобы туда попасть. Они явно на оценки и характеристики не сильно смотрят. Если верить слухам, а ими земля полнится, то кто-то на курсах удачно списал, кто-то сунул взятку... но это всего лишь слухи. :562108:

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
olchik

Мой тоже патриот своей школы. Его первые слова, на мое предложение перейти были : "А как же Ольга Александровна здесь без меня останется?" И класс у них очень дружный, и классная хорошая, да и вообще школа мне нравится. Но голова у него в математике шарит, хочется попробовать развить это.

Мои тоже патриоты десяточки, можно даже не заикаться о переводе куда-либо, да они еще и активисты там и ведущие-танцоры)), как без Вани обойдутся, действительно))

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Натали

Про двоечников я ничего не говорила. :ph34r: И вообще я не берусь судить о способностях и слабостях чужих детей, возможно, это скрытые гении математики, просто не признанные в своей школе, но признанные в тех. лицее. Просто констатирую факт, что вовсе не обязательно быть отличником по математике-физике, чтобы туда попасть. Они явно на оценки и характеристики не сильно смотрят. Если верить слухам, а ими земля полнится, то кто-то на курсах удачно списал, кто-то сунул взятку... но это всего лишь слухи. :562108:

У каждого ребенка свой потолок, выше которого он не прыгнет . И если нет способностей , то тут никто и ничего не поможет.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Irina

Мне вот очень хочется понять, что нужно сделать со стороны родителей , чтобы классный коллектив был дружный? Или это в большей мере заслуга учителя?

В нашем случае, мне кажется это заслуга классного руководителя, сначала в нач.школе, а потом в средней. Хотя учительница нач.классов всегда родителям детей хвалила и говорила, что давно таких добрых дружных ребят не видела. Я верила :lol: . А сейчас смотрю у среднего сына у той же учительницы, опять та же история - дружный класс и со слов учительницы "очень хорошие добрые дети" :lol: Поэтому я склоняюсь к мнению, что дружный класс - это заслуга учителя!

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Толстый Лори

У каждого ребенка свой потолок, выше которого он не прыгнет . И если нет способностей , то тут никто и ничего не поможет.

Но ведь этот потолок определяется не в шестом классе? И не в седьмом? И ведь нельзя судить о способностях и душевных качествах ребенка по школьным оценкам... ИМХО, я верю в то, что человеческие способности и возможности практически безграничны, и почти в любом возрасте можно их развить... если очень надо... А вообще вот к слову о хороших и плохих учителях, о способностях и оценках, прям вспомнились мне книги моего любимого писателя-педагога, мыслителя и гуманиста Шалвы Амонашвили. Сейчас даже попробую кое-что процитировать, если влезет в сообщение... Почему-то у меня не срабатывает абзац................

 

Школу я, конечно, любил.

Там, в школе, свершались главные каждодневные события моей жизни. Они происходили в её длинных коридорах и укромных уголках большого двора, где можно было пошалить, подраться, повстречаться с друзьями, обменяться марками, спичечными коробками, скрепить дружбу, дать друг другу списать и т. д., и т. п. Это была жизнь, и я любил её.

Школу-то я любил, но это не значит, что также любил своих учителей или спешил в школу лишь для того, чтобы их увидеть, с ними пообщаться. Причину, которая объясняет это обстоятельство, я бы назвал законом взаимности: недолюбливал своих учителей, потому что чувствовал — они тоже недолюбливали меня, слабого.

Конечно, они любили всех детей и среди них меня тоже, но эта любовь ни к чему их не обязывала. Любили, потому что неудобно было не любить. Но те способы, с помощью которых они любили меня или моих одноклассников, или вообще детей, вовсе не давали нам почувствовать Учительскую Любовь, Любовь вдохновляющую, Любовь защищающую. Были у них любимчики, те, которые чем-то угождали им, всегда всё выполняли, слушались, или были талантливыми. Но и эта любовь была связана с условностью: если кто переставал быть примерным или разочаровывал в своих способностях, то терял любовь учителя. Само слово «любимчик» — весьма сомнительное понятие, далёкое от Педагогической, от Учительской Любви.

Знали ли мои учителя, как надо любить детей и каждого отдельного Ребёнка?

Думаю, такой вопрос — как любить детей, как любить своих учеников — у них не возникал.

Как они нас любили?

Любили авторитарно.

Любили своими заштампованными серыми уроками, бесконечными нудными домашними заданиями и проверками, вызовами к доске и выставлениями отметок; любили своими раздражениями и угрозами, контрольными работами и исправлениями ошибок; любили своими оскорблениями и строгостями, наказаниями и вызовами родителей; любили прохождениями программ, успеваемостью в процентах и соблюдением так называемой сознательной дисциплины. Они не очень-то трудились, чтобы во всю эту дидактическую мишуру вложить хоть чуточку своей души, вложить хоть чуточку уважения. Заметно было, что многие учителя больше любили саму власть над нами, чем нас самих.

Но закон взаимности действовал неумолимо.

И мы отвечали на такую любовь наших учителей своей «любовью». То и дело срывали уроки, удирали с уроков, запасались шпаргалками, списывали друг у друга, ухитрялись, обманывали и т. д., и т. п. У нас было выработано множество способов для самозащиты. Одновременно обнажалась наша беспомощность: унижались перед ними, умоляли не ставить плохих отметок, не вызывать родителей......................

Как ни странно, я — круглый двоечник до седьмого класса, потом — круглый троечник, а закончил школу на золотую медаль. Как это могло произойти?

Итак, я в седьмом классе, это 1945–1946 учебный год.

Мы узнаём, что грузинскому языку и литературе нас будет учить Варвара Вардиашвили. Это вызвало в нас восторг.

Мы были наслышаны о ней — все ученики из других классов любили её. Рассказывали об её удивительных уроках, о её доброте и внимательности, о том, как она помогает всем; говорили о её справедливости и о том, как она защищает своих учеников. «У неё нельзя не учиться», — говорили нам старшеклассники.

О ней шли легенды.

Она была заслуженным учителем. Дважды была награждена орденом Ленина.

Седая, полная, невысокого роста, с мягкой и спокойной походкой, обаятельная, с очаровательной улыбкой, с бархатистым голосом, который никогда не повышался, сдержанная, с ласковым и проницательным взглядом. Что ещё сказать? Незамужняя, бездетная.

Настал день.

Мы ждали её, и она вошла в класс.

Мы встали.

— Здравствуйте… — сказала она тоном и вибрацией, которые я, спустя годы, буду вспоминать и исследовать. По моему телу пробежали мурашки: это была необычная ласка, долгожданная.

И мы ответили ей не так, как здоровались с другими учителями, а так же нежно, тихо.

Потом она сказала:

— Спасибо…

За что «спасибо»? За то, что мы ответили на приветствие приветствием?

Но «спасибо» было искреннее.

Потом она направила свои мудрые глаза на каждого из нас. Посмотрела на меня тоже. Я утонул в них.

— Садитесь, пожалуйста… — сказала она.

Мы садимся.

Каждый из нас уже очарован.

Что дальше будет?.......................................

А новая наша учительница вошла с доброй, приветливой улыбкой, поздоровалась бархатистым голосом, сказала нам «спасибо», взглянула всем в глаза. Это уже было необычно. А потом — вдруг — спросила:

— Ребята, вы любите стихи?

Нам никто не прививал любовь к стихам; прежний учитель требовал от нас выучить наизусть заданное стихотворение и отбарабанить его на уроке. Никогда не задавал он вопроса, нравятся ли нам эти стихи.

Но на вопрос новой учительницы мы ответили — «да», ещё не зная, что за этим последует.

— Прекрасно, — сказала она, — давайте тогда почитаю вам стихи…

Она держала в руках сборник стихов. Книга была потрёпанная.

— Стихи я посвящаю каждому из вас… Читаю стихи для тебя, Гоги! Думаю, они тебе понравятся…

Она назвала имя ученика; откуда она его знает? Гоги, этот нигилист, от неожиданности растерялся.

Прочла она стихи удивительно искусно, стихи из высокой поэзии. Мы оказались под впечатлением.

Она выдержала паузу.

— Гоги, ну как стихи?

— Очень хорошие… — произнёс зачарованный Гоги.

Гоги воспитывался без родителей.

Ему никогда ни один учитель не посвящал ничего.

И другим тоже никогда не доводилось получить такой подарок от какого-либо учителя.

— Вам тоже понравились стихи? — спросила она нас.

— Да… — тихо и искренне прошептал весь класс.

— И моё чтение понравилось?

— Да… — опять прошептали мы.

— Тогда поаплодируйте мне, пожалуйста…

Мы поаплодировали.

— Спасибо, — сказала она, — а теперь посвятим стихи… — она окинула взглядом всех и остановила его на Гураме, — тебе, Гурам…

Седьмым или восьмым она назвала меня.

Сердце моё забилось звучно и быстрее от осознания своей значимости.

— Думаю, у тебя особая любовь к стихам, Шалва…

Её голос, мелодичность чтения, сами стихи вливались в мою душу как яркий свет, несущий какое-то странное, радостное, до сих пор не испытанное мною чувство; мне хотелось плакать… Она ведь читает стихи для меня, посвящает их мне!

Потом она спрашивает:

— Ну, как, Шалико… — она назвала меня ласкательным именем, — примешь мой подарок?

— Да… — произнёс я шёпотом и, наверное, подбежал бы к ней, обнял бы её. Но этого я не сделал, а, сидя за партой, стал украдкой смахивать слёзы.

Что я пережил тогда? Какое это было необыкновенное ощущение? Тогда я этого не знал, но теперь могу сказать: я почувствовал, что она меня любит, она признаёт меня, она моя, у меня есть Учитель…...............................

Как она нас любила?

Любила вот какими способами: на уроках языка мы превращались в лингвистов — исследовали, определяли, опровергали, устанавливали, открывали. Это происходило так, как на научном симпозиуме или в научных лабораториях. Или же, как будто собрались случайно или преднамеренно люди смежных специальностей и задели в разговоре какой-либо вопрос, в обсуждении которого мысль каждого имеет исключительное значение для понимания проблемы. Мы приучались делать это спокойно, с уважением друг к другу.

Время от времени она спрашивала:

— Не пора ли проверить, каким специалистом стал каждый из вас?

Это для неё были плановые контрольные работы, а для каждого из нас — проба собственных способностей и знаний. Она никогда не пугала нас последствиями таких работ, а возможность успеха перед нами никогда не закрывалась. Она — наша учительница — зарождала в каждом из нас устремлённость и торжественность.

Так я стал получать от неё первые пятёрки. Первые пятёрки получали и другие мои одноклассники.

На уроках литературы она любила нас тоже необычно. Уроки принимали вид художественного чтения. Читала сама, и мы слушали с упоением. Потом открыла среди нас нескольких чтецов, и они приходили с книгами разных авторов и читали.

Мы поневоле становились чтецами, литературными «критиками». Она не принимала слово «критика», когда надо обязательно искать недостатки и гордо на них указывать. Наша критика была, скорее всего, развитие и совершенствование наших литературных вкусов и интересов, путь поиска собственных оценок и мировоззрения. Она радовалась, когда видела в наших руках книги классиков литературы, книги утончённых поэтов. Внимательно выслушивала наши отзывы о них. Были случаи, когда обращалась к кому-либо из нас:

— Ты не мог бы дать мне эту книгу почитать на пару дней?

И когда с этой просьбой однажды обратилась и ко мне, я был очень горд и рад. А спустя пару дней, вернув книгу, сказала:

— У тебя хороший вкус, раз такие книги читаешь… Спасибо, я получила удовольствие…

Что ещё было нужно для того, чтобы я пристрастился к чтению? Я жадно искал книги. У меня ведь «хороший вкус», потому выбирал их. И она всегда замечала, что я читаю на этот раз, вела со мной непринуждённый разговор о книге, делилась своими впечатлениями.

«Я», «со мной»…

Я принял её и думал, что она только моя Учительница. Но потом, спустя годы, убедился: каждый из её бывших учеников тоже считал, что она была только его Учителем.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Юлечка

Да, как хочется, чтобы нашим детям встречались такие учителя, действительно учителя от Бога. Но мне кажется это такая редкость. Я училась в двух школах, и у меня к счастью была одна такая учительница. Не могу сказать, что все остальные были плохие, но просто любви и интереса к предмету, к учебе они не привили.

А вот на алгебру с геометрией бежала в припрыжку. Спасибо Анохиной Марии Николаевне из 22 школы. Никогда ее не забуду.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Мышка

зачем заранее ограничивать ребенка "потолками"? просто потому что какому-то взрослому кажется что это его предел? Но это не педагогично, да и детей вместо развития угнетает. Если вы думаете, что сможете - вы сможете, если вы думаете, что не сможете - вы правы. У детей так же.

для размышлений:

 

Плохо учились в школе:

Ученые: Исаак Ньютон, Сергей Королев, Альберт Эйнштейн, Пьер Кюри, Карл Линней, Чарльз Дарвин.

Писатели: Александр Пушкин, Эмиль Золя, Александр Дюма-старший, Вальтер Скотт, Александр Островский, Иван Бунин, Вольтер.

Музыканты: Людвиг ван Бетховен, Вольфганг Амадей Моцарт, Никколо Паганини.

Политики: Отто фон Бисмарк, Уинстон Черчилль, Авраам Линкольн.

 

Томас Эдисон в начальной школе проучился всего несколько месяцев. Учителя почему-то невзлюбили мальчика, поэтому школу он бросил, а его образованием занялась мать, бывшая школьная учительница. Первые опыты Томас начал ставить уже в десять лет. А за свою жизнь он наизобретал на 1093 патента в США и еще 3000 в других странах. Говорят, что коронной фразой Эдисона была: «Неужели вы думаете, что я изобрел бы хоть что-нибудь, если бы ходил в школу!»

 

Выдающийся физик Д.Ландау почти не умел писать! То есть математические формулы писал прекрасно, а вот текст с трудом. Его выпускное сочинение состоит из ОДНОЙ строчки: Татьяна была очень скучной особой!

Изменено пользователем Аришка

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Irbis
Плохо учились в школе:

Ученые: Исаак Ньютон, Сергей Королев, Альберт Эйнштейн, Пьер Кюри, Карл Линней, Чарльз Дарвин.

королев в основном дома учился, у него мать и отчим педагоги были.

 

Не, я не хочу ограничивать ничьего полета фантазии, но, боюсь, людей, которых плохо учились в школе, а потом ничего особо значительного из них не вышло, куда больше :(

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость
Ответить в тему...

×   Вставлено в виде отформатированного текста.   Вставить в виде обычного текста

  Разрешено не более 75 эмодзи.

×   Ваша ссылка была автоматически встроена.   Отобразить как ссылку

×   Ваш предыдущий контент был восстановлен.   Очистить редактор

×   Вы не можете вставить изображения напрямую. Загрузите или вставьте изображения по ссылке.


×
×
  • Создать...